Чи могло буц иншак?

автор маф 24. май 2017

Того року, 3. априла, наполнєла ше смутна рочнїца – 25 роки як 12 млади резервисти з кулскей општини погинули у войни 90-тих. Було то на гаци рики Драви, при валалє Торянци, нєдалєко од Билого Манастира, а на тромеджи Горватскей, Сербиї и Мадярскей. Медзи нїма були и троме Руснаци – Дюра Джуджар (1958) з Руского Керестура, Славко Афич (1954) и Звонко Гарди (1964) з Кули.

Истого дня страдали ище 13 резервисти, од котрих троме резервисти з Малого Идьошу, а коло 17 ранєти. То була цена за одбранєне положенє. Шицки резервисти були у составе Здруженого одряду Териториялней одбрани Сиверна Бачка (ТО), под команду Новосадского корпусу ЮНА. У одряду було вецей як штиристо борцох, а командант бул майор Томислав Грубеня з Кули. У составе одряду бул и цали вод Керестурцох, а медзи нїма и дзешатнїк Витомир Шепински. З нїма зме ше, гоч барз нєдзечнє, здогадли на тоту страшну подїю. Обидвоме пристали лєм пре памятку на погинутих товаришох, бо як пошведочели, пробую шицко тото забуц, загребац цо глїбше до забуца.

ШВЕДОЧЕНЄ ХТОРЕ СЦЕ ЗАБУЦ

Бул то период кирвавого розпадованя СФР Югославиї, кед ше од 1991. року од нєй почали оддзельовац дакедишнї Републики, перше Словения, а вец Горватска, познєйше и Босна и Герцеґовина. Реґуларна ЮНА попри порядного войска мобилизовала и числених резервистох, хтори, як ше теди гуторело, ишли бранїц тоту исту державу и єй уставни порядок од розпадованя. Медзитим, числени контроверзи и нєшка провадза тоту страшну и траґичну войну.

Як то видзел, и нєшка видзи єй учашнїк, а наш собешеднїк, майор Томислав Грубеня:

– За тоти 25 роки пробовал сом забуц тоти нєприємни случованя, бо людзе по природи поцискую чежки емоциї; и кед нєшка патрим на шицко тото, можем повесц же сом теди, дзекуюци праве медийом хтори мали моцни уплїв на цали народ, почувствовал же мушим пойсц и буц там. Кед бим могол знац же як ше то шицко закончи и яки статус буду мац шицки тоти людзе котри дали животи, сиґурно би ме нїхто нє нагнал так ше поставиц, поготов же знам позадину шицкого цо теди зробела и тедишня политика, и же ту бул и уплїв вельких силох… Но, тото знам аж нєшка.

Резервисти одряду ТО „Сиверна Бачка” були мобилизовани на початку 1992. року, и достали задаток пойсц до Баранї коло валалох Торянци, Бараньске Петрово Село, Болман, Невесинє и других местох коло рики Драви же би чували тоту часц. Тот простор на самим куце тромеджи, и як гваря нашо собешеднїки, досц нєзґодни за войованє. Фронт бул широки, коло самей рики Драви, дзе на гаци, у ровох, була и його перша борбена линия. Там ше зменьовали и борци спомнутого одряду хтори були розмесцени по начишлєних околних валалох. О мешац як там були, подписане примирє, и пришли Мировни моци Зєдинєних нацийох, ткв. белави беретки. Но, час примиря горватски моци вихасновали пририхтац ше за нови борби.

– Кед нас нападли, ми свой задаток успишно окончели, т. є. одбранєли зме нашо положеня, но, з велькима жертвами. Кед сом потим шицко анализовал, мал сом упечаток же зме на якиш способ були и свидомо жертвовани. А тото доказую и дальши случованя – констатує майор Грубеня и толкує:

 – З наших положеньох зме видзели же ше нєприятель пририхтує за напад, вивидзовачки ґрупи и поєдинци пребеговали на наш бок, провоковали… О тим сом кажди дзень ище од половки марца, аж по дзень пред нападом посилал звити нашей команди до Билого Манастиру и глєдал най дїйствую артилєрийно, алє ми нїч нє одвитовали. На сам дзень нападу, хтори почал на 5 годзин рано, на 6 и 15 минути поволана караула у Торянцох най дїйствую з танками и так потримаю нашу єдинку на гаци. Одвитовали же нє маю координати, же увидза и явя нам… И так з минути до минути. Кед сцигли танки, за наших 12 борцох уж було позно, та зме мали упечаток же могли скорей послац танки, а нє послали. За шицки тоти твердзеня педантно чувам звити и воєни дньовнїк. После шицкого, окреме оформена Воєна комисия хтора утвердзела же нєт дачиєй, та анї моєй вини, же резервисти погинули пре воєни околносци.

Томислав Грубеня

Томислав Грубеня

Тото цо наш собешеднїк визначел то же ше напад горватских моцох случел зоз териториї Мадярскей.

– Тота часц хтору ми тримали находзела ше медзи мадярску гранїцу и Драву, а ми ше отамаль могли вицагнуц єдино спрам Билого Манастиру, дзе и найузша часц. Там нам горватски моци сцели пререзац одступнїцу же бизме шицки остали зарабровани, алє им ше нє удало. Прето нас заобишли з хрибта, и нападли нас зоз мадярскей териториї, дзе ясно пренайдзени шлїди транспортерох, цо Мадяре индиректно допущели кед поцагли свойо войско, и випатра як кед би нас зохабели на милосц и нємилосц. Но, кед ше нашо моци преґруповали и дїйствовали и оклопни єдинки, ми одбранєли нашо положеня. Нажаль, страцени 12 животи, а вельо би бул и єден – резиґновано констатує наш собешеднїк.

ЖЕРТВИ ТЕДИШНЄЙ ПРОПАҐАНДИ И ПОЛИТИКИ

На питанє як ше ношел з тима воєнима пошлїдками, як вояк и як чловек, Томислав Грубеня трима же ше траґедию можебуц могло обкеровац кед би тедишнї воєни верх послухал його реаґованя и вимоги.

– Нє мам потребу дакого преволовац, алє нєшка кед патрим, нє знам прецо тоти млади людзе дали живот. Дзекуюци медийом и мобилизация була досц успишна, людзе думали же иду бранїц уставни порядок жеми, хтора ше на концу, заш лєм, розпадла…

По словох нашого собешеднїка, чежко му кед видзи же тоти цо ше борели нєшка скоро преглашени за зраднїкох, а поправдзе су жертви тедишнєй пропаґанди и политики. Роками ше борел и з тим же явносц кулскей општини, та и ширше, нє була заинтересована за околносци тей подїї, та доживйовал же го дзепоєдни согражданє обвиньовали пре шмерц младих резервистох. Гоч урядови звит спомнутей Воєней комисиї сцигол и до Општини Кула, дожил осудзованя и од дзепоєдних людзох на власци, а звит нїґда анї нє представени явносци. По нєшка нє мал нагоду виявиц то анї у єдним медию. Нє волани є на комеморациї, та и нє зна чи их було, одходзел єдино до Малого Идьошу, а сатисфакция му була кед особнє зоз супругу велї роки одходзели положиц квеце на тото место, дзе уж нєшка, як гвари, нєстало и спомин-означенє. Но, спомин вшелїяк остава глїбоко у шерцох и нашого собешеднїка и шицких тих цо у тим участвовали.

ПОКОШЕНИ 12 МЛАДИ ЖИВОТИ

Исти дзень, 3. априла,  у нападу горватских моцох покошени 12 млади животи резервистох зоз кулскей општини. Настрадали: Йожеф Вайс зоз Сивцу нар. 1968. року, Шандор Надь з Кули (1955), Момир Плавшич з Кули (1969), Александар Фуртула зоз Сивцу (1964), Михайло Репчак зоз Кули (1953), Звонко Гарди з Кули (1964), Милош Петкович зоз Кули (1960), Славко Афич зоз Кули (1954), Дюра Джуджар зоз Руского Керестура (1958), Ненад Якшич зоз Сивцу (1971), Владимир Вуксанович зоз Сивцу (1970) и Ненад Жежель зоз Сивцу (1970).

За нїма остали дзешец смутни мацери, седемцме оцове, дванацме браца, штернац шестри, пейц супруги, седем широтки и двойо теди ище нєнародзени…

scan0007

ЧИ ВОЙНА МА ОПРАВДАНЄ?

Витомир Шепински бул резервиста Здруженого одряду Териториялней одбрани Сиверна Бачка (ТО) з хторим командовал майор Томислав Грубеня. Под команду Новосадского корпусу ЮНА, Шепински бул часц воду керестурских резевистох хтори були мобилизовани до борбох у Горватскей. Як гвари, були розпоредзени по розцагнутим фронту, дахто бул на першей линиї, на бенту рики Драви.

– И ми були у ровох, и перши мешац зме шицки вєдно були у Торянцох як керестурски вод – трицецеро людзе. О мешац нас други заменєли и пошли зме до рижних околних местох. Я бул у Петловцу з мою дзешатину – нєдзечнє ше страшней подїї почина здогадовац наш собешеднїк.

– Нападли наших коло 5 г. рано, кед швитало. А рихтали ше док було примирє, знали ми цо нас чека, бо то було видно и знало ше, ми ше на нїх припатрали кед преходзели… Єдине цо нас нєсподзивало то же нам пришли з хрибта, з Мадярскей – предлужує Шепински.

– Кед зме сцигли зоз Петловцу, то уж було скоро готове, пошли зме им помогнуц, алє нашо людзе уж погинули… Ми там вецей нє мали цо глєдац, лєм позберац их и принєсц – лєдво вигварел Витомир и остал у цихосци лїґаюци чежки чувства. Як прегварел, потолковал же патри цо менєй о тим думац, та на питанє як то преживйовал гвари:

– Чловек свидоми же шмерц коло нього, и з тим ше мири. Єдино важне же теди нє треба панїчиц, бо то ше векшини случує. То ше нє вола страх, бо вон нормалне чувство и хто го у таких ситуацийох нє ма, то нєнормалне, алє панїка ше случовала… Було шицкого. Служел сом войско у специялних єдинкох, та сом бул досц утренирани и психично, и физично. Мал сом досц искуства и то ми помогло, цалком сом нормално розсудзовал. Бул сом обични дзешатнїк, алє ше ми случело же сом праве теди мушел цали вод превжац, трицец людзох. То дакус нє шицко єдно, бо як командир перше сом мушел штудирац о тим же би ше шицки врацели живи, а вец шицко друге. Од моїх нїхто нє погинул, и з того боку ми вельо лєгчейше. И я думам же там нєт виноватих. Як официр на терену кажде ше справує так як му условия диктираю и дахто поступи так, дахто иншак, а важни конєчни циль.

Витомир Шепински

Витомир Шепински

НЇХТО НЄ МУШЕЛ СТРАДАЦ

О два тижнї Шепински ше врацел дому, та на питанє як ше ношел з тим воєним искуством, гвари же проблеми мал дас перши два роки. Приходзело му шицко на розум, будзел ше вноци, бешедовал вошнє… По його словох найгорше же його попатрунок на швет и на тото збуванє цалком иншаки як дакого цо тото нє дожил.

– Я ше нє пренаходзим у тим дружтве, бо иншак видзим и живот и приоритети, и на векшину стварох патрим иншак як други людзе. Цо найгорше, после того, кед зме шицко тото прежили, кед нас тота держава за котру зме ше борели осудзує за тото гоч нас там послала, тото ми горше як сами борби – розчаровани наш собешеднїк.

Кажда война ма чежки пошлїдки и на тих цо у нєй участвовали, и на гевтих цо дакого страцели. Наш собешеднїк тиж жиє з тима пошлїдками, як шведочи, и на економским и емотивним планє своєй фамелиї и супружества. По войни остал и без роботи, та уж 20 роки жиє од социялней помоци и знаходзи ше робиц приватно же би сам виховал двох синох.

– Держава ше розпадовала, та зме сиґурно пре гранїци там були, но после телїх рокох ше указало же зме там були задармо, же тоти людзе задармо погинули. Бо, ми тоту гранїцу нє страцели, як анї битку, ми остали там, алє хтошка познєйше подписал и придал тото за цо ше ми борели… А кед мало так буц, могло подписац и без того страданя – заключел Шепински.

КЕРЕСТУРСКИ ВОД БУЛ ПОДЗЕЛЄНИ

Наш собешеднїк Шепински сцел визначиц же керестурски вод од трицец людзох на фронту бул роздзелєни т. є. нє були шицки вєдно, алє помишани з рижних местох, праве прето же кед би ше дацо нєдобре случело.

– Тото гуторим пре бешеди у явносци же лєм национални меншини були у перших шорох у войни. У нашим случаю нє було так – твердзи Шепински.

Чежки приповедки о страданю резервистох на початку 90-тих рокох, могло би чуц и од наймилших шицких погинутих, та и двох погинутих Руснацох зоз Кули, Славка Афича за хторим остали родичи, супруга и двойо дзеци и Звонка Гардия, хтори зохабел родичох и супругу з нєнародзеним сином.

ВОЙНА ЗОХАБЯ ПОШЛЇДКИ НА ФАМЕЛИЇ

У Торянцох и Джуджарово з Керестура страцели сина, супруга и оца Дюру. Памятки на тоту чежку подїю ожили зме з тей нагоди зоз його супругу Фемку и мацеру Гелену. Обидва, як нєшка, паметаю дзень кед до валалу прилєцела страшна вистка же Дюра погинул, гоч го чекали, бо мал присц дому.

– Було барз страшне у тей нєизвесносци же хто погинул, чи там и Дюра чи нє, тоти поцерпаня нїґда нє забудзем – през слизи памета Фемка.

– Чежко то поднєсли и хлапци. Златкови було дзешец роки, та бул поцагнути до себе, а Мижови лєм три, та нє могол похопиц же тато там у труни… А лєм рок прешол як зме ше приселєли до новей хижи… Кед ми було найчежше, ратовала сом ше и з лїками и з кнїжками, а хлапци ми давали сили, бо сом знала же сом им потребна. Но, кажде преживйовал свою терху – през слизи памета Фемка.

По словох нашей собешеднїци, помогло єй и тото же ю нєодлуга прияли на роботу до керестурскей Друкарнї „Руске слово” дзе пред тим бул заняти супруг Дюра, та єй тото помагало пребродзиц боль.  Найчежше було, як гвари, врациц ше дому, до стварносци же супруга вецей нєт, бо мали красни памятки на єденацрочни заєднїцки живот. Памета Фемка и околносци як Дюра погинул о хторих єй познєйше приповедали тоти цо прежили.

Остатня фамелийна фотоґрафия

Остатня фамелийна фотоґрафия

– Дюра нє требал буц у тим рову, бо праве пришол зоз стражи, та нїхто нє знал повесц чом вошол до трактора хтори их вожел на положенє – приповеда вона так як чула.

– И док були у рову, падало по нїх як диждж, Дюра вигварел – ми ту нє прежиєме. И вец тресло, та тот цо прежил вецей нїч нє паметал, бо остал замлєти у рову, а гевти шицки погинули. Прето ше часто борим з питанями чом ше то случело и нє находзим одвит – закончує наша собешеднїца.

Дюрова мац Гелена тиж у шерцу ноши чежку терху, бо страцела сина, гоч мала штверо дзеци у хторих ше барз цешела, хторих векшину як ґдовица ховала сама и зоз свою мацеру.

Кед Дюру вноци вербовали, задуркал ми на облак у униформи, и пришол ше одпитац, барз ми було вельке. Но, думала сом себе, „га добре, були и други по два мешаци, врацели ше, та озда так и мой”. Но, випадло иншак. Паметам як були дома на Благовищенє окупац ше, преблєчиц, а я го пошла випровадзиц. Син Мижо му шедзел на рукох и так го гласкал по бради… Згварели зме ше же би любел рейтеша, а нє кекси хтори сом му понукла вжац. Пришла сом дому, вчас рано сом станула и напекла полно рейтеша, спаковала му най себе однєше. Барз ше тому зрадовал – памета остатнє стретнуце зоз сином андя Гелена, а поготов боляци тот дзень кед го чекали, а по валалє уж згукло же и Дюра погинул.

– А вец кед их привезли – 12 труни, кед зме пошли до Кули и тоти труни зняли, кажде на своєй лєжал, плакал, нє мож було витримац, чежко… Опитала сом ше же хтора наша труна, а була перша. Кед ю до камиона положели, найстарши син Елемир шеднул на труну и гварел же вон идзе зоз нїм… Нїґда сом на таке нє подумала. Чежко ми же и його дзеци остали без оца, бо и Дюра тото скоштовал. Прежила сом як дванацрочна кед ми власни брат Любо погинул 1945. року на Болману, скоро на истим месце дзе и Дюра. Война то цошка найстрашнєйше – закончує смутну приповедку ожалосцена мац.

И ми так думаме, война цошка найстрашнєйше и нїґда є нє оправдана, бо вшадзи оставаю калїки, широти, ґдовици, вшадзи оставаю лєм глїбоки и тирваци рани на души. Поготов у такей войни як тота о котрей ту пишеме, дзе ше случовало и таке же мушел штреляц сушед на сушеда, та и сонароднїк на сонароднїка яке ше сиґурно случовало и Руснацом. 

ДЕРЖАВА ПОМАГАЛА ФАМЕЛИЙОМ ПОГИНУТИХ

Як дознаваме и од наших собешеднїцох, вони од општини Кула достали єднократну пенєжну помоц, а потим и пензиї покля ше дзеци школовали, та и познєйше. Дзепоєдни з општини достали и квартелї на хаснованє. Гоч, як гваря, пенєжна помоц ше од Милошевичового часу значно зменшала, а тиж так нє вше наиходзели анї на порозуменє, бо кулски резервисти погинули у войни хтору формално Сербия нє водзела.

Остатня фамелийна фотоґрафия

Остатня фамелийна фотоґрафия

(Опатрене 206 раз, нєшка 1)