Предпоставям же сце чули за „Потемкиново валали”. Накратко, то валали котри княз Потемкин фалшиво прикрашовал, кед приходзела царица Катарина II же би ше цешела як шицко напредує. Накадзипошла, сценоґрафию ше знїмало, а бида оставала. Нєшка ше Потемкиново валали нє будую зоз древа и картону, алє зоз ТВ прилогох, нашмеяних статистох, режираних нащивох и виралних знїмкох. Шицко красне, напредне и богате – голєм на екрану. И прето Потемкиново валали нє ту же би стварносц випатрала красша, алє же би скрили правду.
Так и нєнаявена нащива предсидателя Сербиї Александра Вучича у Новим Садзе нє була анї случайна, анї спонтана, гоч ше намагали так ю представиц. Була систематично пририхтана як сцена у Потемкиновим валалє. У варошу котри и далєй жиє зоз трауму траґедиї од 1. новембра 2024. року, кед спадла стреха на Гайзибанскей станїци и погинули 16 особи, предсидатель тераз одлучел же би, километер далєй, у дружтве свойого совитнїка и бувшого городоначалнїка Нового Саду Милоша Вучевича – поєдол индекс сендвич.
Гайзибанска станїца од того страшного дня за предсидателя и далєй нє место на хторе би требало пойсц, до мотивох нє уходзим. Место того, спонтано позберани камери влапели опущене друженє Вучича, док людзе преходза, шмишкаю ше, а людзох з його обезпеченя нєт. Нє требало длуго чекац же би ше на дружтвених мрежох почало обявйовац идентитети случайних преходнїкох котри лєбо партийни активисти СНС-а, лєбо члени його обезпеченя. У околїску тей сцени було вельо униформованей полициї котра за потреби информованя явносци нє вошла до кадру.
И док тота подїя за власц ясни знак же предсидатељ Вучич привитани у Новим Садзе, критичаре гваря же ше роби о класичним бависку и провокациї, поготов же Вучич потераз нє указал порихтаносц же ше дистанцує од гевтих котри под сумню за малверзациї коло реконструкциї Гайзибанскей станїци. Тих котри участвовали у нападох на студентох и гражданох у протестох брал под защиту и аболировал дзепоєдних од виновней одвичательносци. Гоч после велького сходу на рочнїцу траґедиї на Гайзибанскей станїци, котри орґанизовали студенти у блокади, наявел ище векши сход у Новим Садзе, Вучич ше, за тераз, задоволєл зоз сходом опрез будки за сендвич. Праве ту сендвич достава ширше значенє. Покля ше явносц забавя же чи го поєдол и прецо.
Без явней и фаховей розправи прилапени такволани „Мрдичово правосудни закони”, котри би требали зацагнуц дєплови „пребудзеного” правосудства, а пре тото вовторок штрайковали войводянски адвокати, и прето аж и зоз Европскей униї вимагали поцагованє тих законох.
Источашнє сендвич скрил приповедку о найвекшим заплєньованю у Сербиї потераз – 5 тони марихуани пренайдзени на маєтку одборнїка СНС при Крушевцу, тоти котри ришели тот случай у полициї и тужительстве, як наводза виглєдовацки медиї – место награди достали змени и премесценя на други роботни места. У Сиверней Македониї заплєнєни на дзешатки тони нєлеґално випродукованей марихуани на фармох за продукцию медицинскей марихуани, як пишу виглєдовацки медиї, праве повязани зоз тима 5 тонами. У тим контексту сендвич престава буц анеґдота. Вон постава Потемкинов сендвич – медийна фасада споза хторей ше меняю закони, сцихшую афери и звекшує институцийна контрола за санкционованє нєподобних.
Нє меня ше стварносц. Меня ше фокус. Док патриме до цудзого сендвича.
Становиска висловени у тим тексту виключно авторово и нє вше одражую ушорйовацку политику новинох „Руске слово”.